Помню, как ты появился в Литинституте на Семинаре Сефа и Иванова осенью, трудно вспомнить, наверное, тысяча девятьсот девяносто пятого года. Ты был большим, основательным, много повидавшим и, главное для нас, уже писателем со своими рассказами и даже изданными книгами. Поступил в Институт, как сам говорил, чтобы найти литературную среду. Твои рассказы отличались честностью. Были они жёсткими и настоящими. Не возникало сомнений ни в одном выражении, ни в едином слове. Так же и на семинарах ёмко и точно говорил о работах сокурсников. Позже, когда руководил Семинаром детских и юношеских писателей при ЦДЛ, мнение твоё было точным, решающим и всегда принималось. Саша сказал — значит так и есть.
Место для творчества было у тебя замечательное — дом в Родне на самом берегу Волги. Дом огромный, под стать тебе, бывший Детский Сад. Пиши и пиши… Несколько раз гостил у тебя. Зимой катались на лыжах, летом собирали грибы, беседовали…
Ты был компанейским человеком. С удовольствием ходил в майские походы на байдарке. Вместе с сыном и бультерьером по кличке Тамерлан. Тамерлан был суров, считал себя главой семейного прайда и подчинялся только тебе, да и то, порой, пытался оспаривать первенство. Помню однажды, в промокший вечер, пёс занял палатку и не пускал туда тебя. Вы долго и громко ругались, пока Тамерлан всё-таки не уступил место.
У меня на полке стоит несколько детективных романов для подростков Артёма Кораблёва — это был твой псевдоним. Совсем недавно книги переиздали уже под фамилией Преображенский. Ты принёс их на Семинар, по-моему, в мае, где я и видел тебя последний раз. Ты сказал, что у тебя издано восемнадцать, кажется, восемнадцать книг, и все они висят на стене у тебя в комнате.
Последние пару лет редко появлялся на Семинаре. Только один раз на дежурный вопрос о здоровье ответил — плохо. Потом всегда говорил — нормально. Но «нормально» конечно не было. Последний раз беседовал с тобой по телефону в июне, когда ты обещал, но не приехал на Семинар. Сказал, что тяжело — слишком жарко…
Не знаю, есть ли у тебя неопубликованные большие вещи. Что-то ты говорил о последнем заказанном романе, что-то пытался опубликовать сам. Спорил с издателями о нецензурной лексике, утверждал, что сейчас это нормальный человеческий разговор. Привычный разговор людей, о которых ты пишешь. Пишешь как всегда — без вранья.
Хотелось бы прочитать твои взрослые неопубликованные рассказы. А ещё — собрать бы их все, опубликованные, разбросанные по разным сборникам, и неопубликованные, собрать и издать. Отдельной книжкой.
Саша, нам тебя не хватает…
25.08.26